Скандальный телесериал «Школа», вызвавший не так давно самые разные оценки в обществе, по-прежнему оставляет открытым вопрос: что это – авторская гипербола или всё же, пусть и гипертрофированное, отражение действительности? Ведь несмотря на то что у нас десятки тысяч школ, эта сфера образования во многом закрыта от общества. Не об организации учебного процесса речь, материальном обеспечении или внеклассной работе. Речь о климате в школьных коллективах, во многом формирующем поколение, которое подчас проводит в школе полноценный рабочий день. Что это за климат? Насколько он здоров?

Для большинства – это безусловная тайна, окутанная обманчивым ореолом собственного представления о разумном, добром и вечном. Это представление, правда, несколько развеивается, когда проходишь мимо стайки старшеклассников и старшеклассниц, над которой витает громкий матерок и испарения слабоалкогольных напитков. Но мало ли случается в жизни недоразумений?

Задуматься об этом меня заставили два недавних события. Первое, официальное, когда на прошлой неделе Владимир Путин побывал на уроке тюменской общеобразовательной школы. Сравнивая нынешнюю систему образования с советской, премьер заметил: «Трудно сказать, стало лучше или хуже. В советской школе больше системности было, а сегодня образование у нас находится в состоянии поиска». Не думаю, что Председатель Правительства имел в виду только всякого рода нововведения последнего десятилетия – появление частных учреждений, Единого госэкзамена или одиннадцатилетний срок обучения вместо «десятилетки». Вкупе с приоритетным национальным проектом «Образование» упомянутые нововведения – части уже сложившегося системного подхода. Поиск, скорее, ведётся в другом направлении, заданном реалиями постсоветского общества.

И второе. С некоторых пор, например, моя девятилетняя дочь стала приходить из школы в синяках и ссадинах. Допрос с пристрастием выявил невесёлый факт: мою дочь периодически поколачивает её же одноклассник. И не только её. Но что тут поделаешь, если папа мальчика – бизнесмен, не отказывающий школе в широких жестах? Да и учителям как-то неловко журить чадо, вооружённое «айфоном» и ноутбуком. А в школу его привозит личный водитель на «Мерседесе». Хотя весь ужас в другом. Выросший в хаосе становления рыночной экономики, папа и мальчику внушил: в жизни побеждает сильнейший. И если для утверждения в этой жизни нужно кого-то бить, даже девочку, и через кого-то переступать, значит, нужно бить и переступать.

Этот частный случай, нашедший подтверждение в сотнях аналогичных историй, которые звучат на родительских интернет-форумах и в блогах, говорит, на мой взгляд, об одном. Вопросы качества образования пока не приведены к единому знаменателю с состоянием общества, срезом которого является, безусловно, и школа. А общество помимо прочего успело ещё и серьёзно расслоиться, диктуя школе совершенно чуждые ей ценности, чего, конечно, никогда не было в советской системе обучения. Поэтому что толку говорить об «очернении действительности» посредством скандального телесериала, который эту действительность просто отразил? Пусть и в изрядно искривлённом зеркале.

Вопросы качества образования пока не приведены к единому знаменателю с состоянием общества, срезом которого является, безусловно, и школа.